Онлайн-журнал «Русский репортер»

Ум с приставкой «эмо» [ 3 ]

Анна Рубан

XX век прошел под знаком IQ. Миллионы людей корпели над тестами — сравнивали геометрические фигуры, искали лишние слова в списке и угадывали логику в наборе рисунков. Теперь IQ отодвинут на задний план. На смену ему приходит EQ — эмоциональный интеллект. Считается, что именно он предопределяет успешность человека. Высоколобый интеллектуал, не разбирающийся в своих и чужих чувствах, признан существом неполноценным. Мода на эмоциональный интеллект добралась и до России

Обида
Мне так и не дали главную роль

• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10

Я отправляюсь измерять свой эмоциональный интеллект. Заранее представляю картину: ученые в белых халатах сыплют страшными терминами, шуршат листки с заковыристыми вопросами, главный психолог ведет разоблачительную беседу, напряженно заглядывая в глаза…

Но ничего подобного мне увидеть не довелось. В HR-лаборатории «Гуманитарные технологии», разработавшей первый в России тест на проверку эмоционального интеллекта, мне предлагают воспользоваться более современными и простыми методами. Ученые позаботились о комфорте испытуемых: свой уровень эмоционального интеллекта я могу измерить, сидя дома с кошкой на коленях.

Тест — отдельная программка — высылается на электронный ящик в комплекте с индивидуальным паролем. Результаты в виде закодированного файла отправляются — также по и-мейлу — разработчикам, после чего испытуемый ждет письма с «приговором».

На экране 66 пунктов теста. В основном это некие утверждения, с которыми можно соглашаться либо не соглашаться:

• Я свободен от чувства вины за совершенные в прошлом ошибки и просчеты.
• Я чувствую себя сильным, свободным, компетентным.
• Меня раздражает громкий смех…

Задумавшись на пару секунд (нужно торопиться: время прохождения теста ограничено), выбираю между «согласен» и «не согласен». Напряженно прислушиваюсь к внутреннему голосу, чтобы, упаси боже, не смухлевать перед самой собой и тестом, который наверняка видит меня насквозь…

Термин «эмоциональный интеллект» был введен в научный обиход в начале 90−х годов американскими психологами Джоном Мэйером и Питером Сэловеем. В отличие от похожей аббревиатуры IQ (коэффициент интеллекта) он оценивает умение управлять не знаниями, а эмоциями. Вскоре начался настоящий бум увлечения эмоциональной компетентностью. Масла в огонь подлили ученые Гарвардского университета, сделавшие сенсационный вывод о том, что лишь 20% нашего успеха зависят от IQ — все остальное приходится на долю EQ.

— EQ складывается из внутреннего аспекта — умения понимать собственные эмоции и управлять ими, и внешнего аспекта — то же самое, но в отношении окружающих людей, — поясняет Виталий Алтухов, сотрудник HR-лаборатории «Гуманитарные технологии», основанной на базе факультета психологии МГУ им. М. В. Ломоносова.

Проще говоря, обладатель высокого EQ не станет включать телевизор на полную катушку или демонстрировать бодрость духа, когда видит, что кто-то из членов семьи пришел с работы уставшим. Высокий EQ подскажет ему, что в данный момент следует про­явить эмпатию, то есть сопереживание: расспросить о прошедшем дне или, наоборот, дать человеку побыть одному.

Эмоционально одаренная женщина может легко «нащупать» истинную причину своего раздражения партнером (например, на вечеринке он флиртовал с ее подругой) и спокойно обсудить эту тему с «виновным» или просто реанимировать положительные эмоции, которые обычно вызывает у нее супруг.

Мало того, умение не только слушать, но и слышать может оказаться ключевым для претендента на руководящую должность. Обладатель высокого EQ всегда проявляет внимание к словам других людей.

HR-компании, вечно находящиеся в поиске надежных мерил, позволяющих вычислить Идеального Сотрудника, по идее, должны возрадоваться новой методике. Однако в России пока мало кто считает показатели EQ решающими при выборе сотрудника — гораздо больше ориентируются на опыт и навыки работы. В четырех крупнейших московских HR-агентствах нам вежливо сказали: «Услугу тестирования на EQ не предоставляем».

— В России данное тестирование еще не распространено, — говорит Андрей Константинов, региональный директор компании «Адэкко», специализирующейся на подборе персонала в более чем 60 странах мира. — Представители бизнес-среды в большинстве своем не выделяют EQ в отдельный блок, предпочитая включать результаты тестирования EQ в общую характеристику нанимаемого персонала.

Сейчас существуют четыре наиболее известных западных теста EQ, в том числе созданных «отцами» модного нынче термина. Все они довольно сильно отличаются друг от друга. Например, наш отечественный тест, созданный HR-лабораторией «Гуманитарные технологии», состоит из текстовых вопросов. А вот в западных, например в MSCEIT (The Mayer-Salovey-Caruso Emotional Intelligence Tests), который сейчас переводят на русский в Институте психологии РАН, используются изображения людей с различными выражениями лиц — тестируемому предлагается определить, что чувствует тот или иной человек.

— Определить, что лучше — тест с картинками или без, — пожалуй, нельзя, — поясняет заведующий лабораторией психологии и психофизиологии творчества Института психологии РАН Дмитрий Ушаков. — Это как в пословице: «Мужчина любит глазами, а женщина — ушами». Так и здесь — кому что подходит: есть люди, которые могут понять состояние другого человека только по словам, а есть те, кто силен и в невербальной оценке ситуации. Естественно, эти способности скажутся на результатах теста.

В разделе «Распознавание эмоций» мой тест от «Гуманитарных технологий» предлагает следующую ситуацию:

«Мария владеет небольшим ателье. Несмот­ря на недостаточное образование, ее бизнес приносит неплохой доход. Она не замужем, но у нее двое детей. Говорят, что она хорошая мать, ее уважают друзья, знакомые, соседи. Когда Марии приходится бывать в гостях или на других мероприятиях, где присутствует большое количество народа, она предпочитает говорить только о детях, своем ателье и тех событиях, которые происходят в кругу ее друзей. Возможно, причина этого кроется в том, что:

1. Она избегает говорить о таких предметах, как политика, экономика, социальные проб­лемы.
2. Она считает, что дети — самый интересный предмет для разговора.
3. Она хочет удержать разговор в нейтральных рамках.
4. Она хочет удержать разговор в рамках своей компетенции.
5. Затрудняюсь ответить».

Видимо, я все же из тех, кто любит глазами. Прежде чем ответить на вопрос, старательно пытаюсь визуализировать эту Марию, оценить возможное выражение ее лица, стиль одежды и определить наконец, кем она выступает в данной ситуации: ограниченной тетей, очень корректной женщиной или любительницей поумничать…

Чего, собственно говоря, я медлю? Вряд ли в результатах профессионального теста я обнаружу что-нибудь впечатляющее вроде «Ты гений, детка!» или «Убей себя о стену!». Но никакое здравомыслие не отменяет интриги — каков же мой эмоциональный ум? Я честно отвечаю на вопросы и получаю примерно следующее: «Уровень эмоционального интеллекта — выше среднего», что означает «достаточную уверенность в себе, способность хорошо разбираться в сфере человеческих чувств и отношений», а также «высокую организованность», «чуткость», «уверенность в себе и умение выстраивать определенную психологическую защиту от неприятностей». Не обошлось, конечно, и без маленьких разоблачений: «Вам бывает трудно самостоятельно приступить к неприятной или необязательной работе», «Вам может быть нелегко признаться в любви», «Вы достаточно самокритичны». Что ж, кажется, все это было мне известно и раньше. А может, только кажется.

Но даже если результаты тестирования оказались совсем не теми, о которых вы мечтали, не отчаивайтесь: есть две хорошие новости. Во-первых, это не пожизненно. По мнению американского психолога Дэниела Гоулмана, человек может научиться управлять своими чувствами: «Мозг располагает системой регулирования эмоций — миндалевидной железой в той части головного мозга, которая управляет чувствами. Именно эта миндалина отвечает за то, как мы пользуемся эмоциями. Например, именно она делает нас отзывчивыми или не очень, способными или неспособными выносить разногласия с другими людьми. Если эта железа слишком чувствительна, то мы становимся сверхэмоциональными. Существует искусство применения своих эмоций — это и есть эмоциональный интеллект. Эмоции можно сделать разумными, если вести себя разумно по отношению к ним».

Так что шанс реабилитироваться есть даже у тех, кто в ходе тестирования был признан бездарем — хочется верить, что с возрастом мы мудреем, учимся лучше понимать окружающих и самих себя.

Вторая новость: низкий EQ — это не крест на карьере. Существуют еще и личностные характеристики, и наличие (отсутствие) мотивации, да и важность когнитивных способностей пока никто не отменял. Скажем, для хорошего финансиста умение работать с цифрами и чувство ответственности важнее, чем способность сопереживать коллеге за соседним столом.

— В среде специалистов по оценке персонала сейчас действительно существует увлечение эмоциональным интеллектом, — комментирует Татьяна Преснова, руководитель научно-методического отдела HR-лаборатории «Гуманитарные технологии». — Но не стоит забывать и о других качествах, которые требуются тому или иному специалисту. Что же касается EQ-тестов — после научной проработки и усовершенствования способов диагностики они займут почетное место в комплексной оценке личности.

Фотографии: Варвара Лозенко для «РР»