Бойко на царство

Что больше любит новый премьер Болгарии — доллары или «Смуглянку»

поделиться:
22 июля 2009
размер текста: aaa
Фото: REUTERS

В том, что мэр Софии будет премьером, болгарские коллеги из Института либеральных стратегий уверяли нас еще год назад. Уже тогда Бойко Борисов стал чем-то вроде местной политической достопримечательности. Типичный лидер популистской партии с противоречивой репутацией — сторонники видят в нем бескомпромиссного борца с коррупцией, а недруги убеждены, что Борисов представляет во власти мафию. Короче, силовик болгарского разлива. Сын сотрудника МВД, Борисов пошел по стопам отца и сделал умопомрачительную карьеру. Начал он с поста телохранителя главы компартии Болгарии Тодора Живкова. Но дорогу в большую политику ему открыл болгарский царь Симеон II, при котором Борисов также служил телохранителем: заняв в 2001 году премьерский пост, царь назначил его главой МВД страны.

Пока мэр опаздывал на интервью, у нас было время осмотреться в его приемной. На стенах, столах и столиках множество изображений Борисова, исполненных в самых разных жанрах: фотографии, цифровые и обычные, плакаты, шаржи — не было только икон и барельефов. Если вы встретите в мэрии кого-то в галстуке, вряд ли он будет ее сотрудником. Приступив к обязанностям главы города, Борисов начал с маленькой, но заметной революции — ввел спортивный дресс-код: теперь функционеры ходят в майках и тапочках.

С приходом Борисова, большого спортивного мужчины, как говорят, отменного каратиста, в приемную ворвался устойчивый аромат чеснока — судя по всему, мэр пришел на работу сразу после доброго болгарского завтрака. Только совершенно счастливые люди могут улыбаться так широко, как Борисов. По-мужски, крепко хлопнув по плечу, мэр обнялся с кем-то в кожаном прикиде. Позже нам сказали, что заключенный в его братские объятия человек занимается в Софии организацией утилизации мусора. Поздоровавшись с нами, Борисов пригласил в кабинет мужчину в необычном велюровом костюме — этот посетитель отвечал, как оказалось, за болгарскую разведку. К счастью, разведчик задержался там совсем ненадолго.

Войдя в просторный кабинет, мы были сражены новым запахом — очень качественных и дорогих сигар. Борисов сидел у небольшого журнального столика с сигарой длиной 20–25 сантиметров.

Первая же реплика мэра была рассчитана на то, чтобы расположить к себе всякого российского журналиста:

— Я бы назвал нынешние отношения между Софией и Москвой дружескими. Десятилетиями Болгария была известна в России своими сигаретами, огурцами, помидорами, винами, коньяком. Нам нужно восстановить мост в Россию, чтобы не потерять этот огромный рынок. Когда я последний раз посещал Россию, я видел на полках только французские и итальянские вина и греческие огурцы. Мы много потеряли. Но пытаемся отыграть назад, подписав соглашение с российским «Газпромом» о прокладке газопровода «Южный поток». Однако люди недовольны тем, что договор был подписан тайно, ночью, и мы как государство не знали, что подписываем. Оппозиция утверждает, что болгарский народ был обманут. Может быть, мы подписали самый выгодный для Болгарии договор, но давайте его сначала прочитаем.

— И с чем связана такая таинственность?

— Понятия не имею. Поэтому я выступил против подписания договора. Только благодаря тому, что в составе делегации был мэр Москвы Лужков, я имел какое-то представление о содержании.

О Лужкове Борисов говорит с явной приязнью. У них и вправду много общего — не только любовь к спорту и славянские корни.

— А почему такие тайные договоры вообще подписываются в вашей демократической стране?

— Значит, Болгария не настолько демократичная, как Россия. Социализм ушел, но, к сожалению, не ушли социалисты. Они были членами Варшавского договора, поддерживали СЭВ, а теперь присоединили нас к НАТО и ЕС. Вы можете себе это представить?! У них нет никакой идеологии. Моего деда убили коммунисты. Поэтому я коммунистов, мягко говоря, не люблю. Я выступаю за развитие рыночной экономики и частного бизнеса. Это способ превращения государства в европейское. Конечно, мы не можем быстро превратиться в Швейцарию. У нас другой менталитет. Мы же славяне… До 1989 года в Болгарии главными автомобилями были «лады» и «москвичи»… Так вот, тогда, в эпоху советских автомобилей, была поговорка: «Если покупаешь автомобиль, смотри, чтобы он не был сделан в понедельник». Понедельник — тяжелый день после выходных, а потому приходилось, вооружившись гаечным ключом, доделывать машины. При социализме делали ракеты, покоряли космос, но не могли собрать утюг. Это — славянский менталитет.

Душевная конституция Бойко Борисова довольно типична для представителей балканских народов — ее раздирает между двумя началами: славянским и европейским. Драму усугубляет образ мрачного социалистического прошлого, о котором болгарские политики помнят явно больше, чем наши. В России давно не говорят с таким пафосом о коммунистической угрозе. Но Бойко Борисов считает, что коммунизм по-прежнему опасен. Именно коммунисты вынудили его уйти из МВД в большую болгарскую политику:

— Коммунисты пришли к власти. Как с ними работать? Если бы я там остался, я должен был бы всех их арестовать… У социалистов интересный электорат. Половина из них ходит в русских шапках. Они собираются у памятника Советской армии, вешают на себя свои ордена, медали, поют «Катюшу» и «Калинку».

— И это плохо?

— Плохо, что эти люди связывают свою молодость с этой эпохой, с этими идеями. Они были в Мос­кве, в коммунистических бригадах. Часть из них жената на русских и мечтает о времени своей молодости. Они дисциплинированно голосуют за коммунистов. Это пенсионеры, которые ждут больших пенсий и коммунизма. В то же время их дети и внуки собирают деньги, садятся в самолет и улетают кто в Америку, кто в Европу. Потом эти пенсионеры спрашивают: «Куда уезжают наши дети?» А дети-то уезжают из-за них. Они выгоняют своих детей, голосуя за коммунистов. Вот это плохо. Перед выборами были такие даже лозунги: «Забери паспорт у своей бабушки». Но я сам люблю русские песни. Пару недель назад на дне рождения своего заместителя я пел «Смуглянку».

 — И все же в Восточной Европе к русским лучше всего относятся именно в Болгарии.

— Мы, может быть, единственная нация, которую русские не били, — объясняет Борисов. — И чехи, и венгры, и поляки всегда страдали от русских. А мы, можно сказать, были любимым детищем России и Советского Союза. Русские освободили нас от турецкого рабства, и это глубоко заложено в болгарской памяти.

— Когда вы общаетесь с американцами, немцами, русскими, вы чувствуете, что у них есть что-то вроде ревности друг к другу за любовь болгар?

— Есть такое. Но Болгарии удается балансировать между Европой, США и Россией. Моя партия продолжит эту линию. Меня пригласили в октябре в Москву на праздник спецслужбы — генерал Тихонов. Каждый год из Болгарии приглашают только меня. И каждый раз руководство ФСБ зовет меня на ужин. Я в хороших отношениях даже с ними. Меня награждали орденами ФСБ, оружием спецназа. Когда мы решали проблему фальшивых долларов, которые попадали в Россию через Болгарию, все вопросы решались только через разговор с Патрушевым.

— Наверняка в качестве мэра вы общались с бизнесменами из России. Что вы думаете о культуре русского бизнеса?

— Бизнесмены из России, с которыми я общался, ничего общего со славянством не имеют. Они дисциплинированны, агрессивны и с ясным проектным мышлением. Это нечто среднее между американцами и немцами. Я знаком с главой «Лукойла» Алекперовым, с руководством «Газпрома». У нас много АЗС «Лукойла». Может быть, вы видели вечером освещение фасадов красивых исторических зданий в Софии. Это было оплачено «Лукойлом» как подарок мэрии, несмотря на то что мы не разрешаем им сейчас строить АЗС, потому что нам достаточно существующих. Мы благодарны «Лукойлу». С ними очень легко работать. Они сразу говорят, зачем пришли. Только «Лукойл» дает 20–30% налоговых поступлений в государственную казну.

— А возможны новые крупные энергетические проекты?

— Если они будут соответствовать экологическим нормам.

Тайный язык современной дипломатии: если политик заводит речь об экологии, он дает понять, что торг уместен. Говорящий может подчеркнуть скрытый смысл и интонацией. Но Борисов был предельно откровенен:

— У нас есть атомная электростанция с российским участием, а также гидроэлектростанция. Есть две американские военные базы. Поэтому мы считаем, что в армии не нуждаемся: и Россия, и США будут охранять свою собственность. Это, конечно, шутка, но не без прагматизма.

К демаршу Борисова с приостановкой российских энергетических проектов нужно относиться не как к проявлению антироссийской политики, а как к жесту прагматика. С новым премьером можно договориться, хорошо представляя себе цену вопроса. РР Руслан Хестанов

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение