Онлайн-журнал «Русский репортер»

Индейцы на сене

Сергей Мануков

Ресурсов на планете все меньше, а желающих их добывать все больше. Правительства и корпорации заглядываются на заповедники и земли коренных народов. «Мы фиксируем все больше арестов, притеснений, убийств», — констатирует представитель ООН Виктория Таули-Корпус. Конфликты множатся, становятся ожесточеннее, превращаются в глобальное явление

Перу. Копья против танков

Нынешним летом в перуанских лесах началась настоящая война между местными племенами и подразделениями полиции. Автоматам, гранатам со слезоточивым газом, бронированным машинам и вертолетам две тысячи индейцев противопоставили мачете, луки и копья.

Тактика партизанской войны в условиях джунглей оказалась эффективной: нападая из засад, индейцы убили 24 полицейских, а сами потеряли в два раза меньше — и заставили власти отступить.

Поводом к вспышке насилия стали два закона, подписанные президентом Аланом Гарсия в апреле. Они разрешали разведку и добычу полезных ископаемых, строительство плотин и вырубку леса на 67 млн гектаров амазонских лесов. Президент посчитал, что природными богатствами Амазонии должны пользоваться все перуанцы, а не только те, кто там живет. Речь идет о 300 тысячах индейцев из 50 племен.

Сразу же после подписания законов индейцы начали блокировать дороги и реки. Больше месяца протесты носили мирный характер. Но 5 июня, когда полиция попыталась очистить дорогу в районе городка Багуа Гранде, начались столкновения.

— Тысячи лет мы жили в лесах Амазонки, — объяснил мотивы протеста один из индейских вождей Сервандо Пуэрта. — Это геноцид. Они убивают нас за то, что мы защищаем свои жизни, свой суверенитет, свое человеческое достоинство.

События вызвали и дипломатическую войну. Так, президент Боливии Моралес, сам этнический индеец, назвал действия перуанских властей «геноцидом», в ответ МИД Перу назвал Моралеса «врагом Перу». Мировое общест­венное мнение оказалось на стороне индейцев и заставило Лиму пойти на попятный. Премьер-министр страны Йехуд Симон ушел в отставку, а парламент оба закона отменил. Алан Гарсия перед индейцами извинился, но тут же подчеркнул, что счи­тает свою политику в отношении природных ресурсов правильной. Это значит, что новые конфликты не за горами.

Ботсвана. Пиррова победа бушменов

С середины 90−х годов власти Ботсваны проводили политику выселения полукочевого племени сан (так сейчас называют бушменов) из расположенного в центре пустыни Калахари заповедника площадью 52 тыс. кв. км. Их грузили в машины для перевозки скота и под дулами автоматов вывозили на «новую родину» в отдаленные районы страны. Деревни ровняли с землей, а колодцы заливали бетоном.

Бушмены уверены, что правительству понадобилась земля, богатая ураном, углем и, конечно, алмазами. За последние 5 лет власти выдали 112 лицензий на разведку недр на территории заповедника.

Со своей стороны чиновники утверждали, что бушмены уезжали со своих земель добровольно: в прошлом собиратели и охотники, они, мол, хотели перейти к земледелию и скотоводству, а это на пустынных землях невозможно.

Но в конце 2006 года Верховный суд страны признал депортацию бушменов незаконной. Но правительство, возглавляемое президентом Фестусом Могае, который как-то назвал бушменов «созданиями из каменного века», сделало все возможное, чтобы помешать выполнению решения суда о возвращении людей на их земли. За три года оно не выдало племенам ни одного разрешения на охоту. Сейчас в тюрьмах находятся десятки бушменов, пойманных во время охоты.

Кроме того, власти запретили держать на территории Калахарского заповедника домашних животных. На стада коз — главный источник существования бушменов во время засух — регулярно проводятся облавы.

Без объяснения причин бушменам запрещено пользоваться оставшимися скважинами и рыть новые. Для того чтобы местные жители не могли добывать воду из земли, власти демонтировали все оборудование и увезли насосы.

Гватемала. Дьявольский угол

Два человека были убиты и еще два десятка ранены год назад во время нападения на гватемальских индейцев майя, защищающих свои земли от канадской металлургической компании Hudbay Minerals. Микроавтобус попал в засаду на повороте дороги, известном как Дьявольский угол. Индейцы утверждают, что на них напали сотрудники службы безопасности металлургической компании.

Канадский никелевый гигант INCO купил у военной хунты большой участок земли на востоке Гватемалы, в местечке Эль-Эстор, еще в 60−е годы прошлого столетия. Когда же на соседних землях, принадлежащих майя, тоже был найден никель, бизнесмены начали вытеснять коренных жителей.

На землях индейцев был построен рудник Феникс — потенциально один из крупнейших на планете. Правда, в 80−е годы власти Гватемалы заставили INCO закрыть рудник. На новый виток противостояние вышло в 2005 году, когда владельцы Феникса вновь стали готовить рудник к открытию. Началось насильственное выселение майя с их земель — с угрозами, убийствами и изнасилованиями.

После нескольких сделок в 2008 году рудник перешел в собственность HudBay Minerals, но насилия это не остановило. Сентябрьским нападениям подверг­лись как раз индейцы из деревень, землю которых хотят захватить канадские бизнесмены.

Бразилия. Гаримпейрос и синта ларга

Заповедник Рузвельта на северо-западе Бразилии — это 21 тыс. кв. км джунглей с самыми богатыми на континенте месторождениями олова, алмазов и золота. Бразильские власти, в отличие от перуанских, с местными индейцами не воюют. Более того, на индейских территориях запрещены не только добыча полезных ископаемых, но и пребывание чужаков. Но запреты не останавливают нелегальных старателей, которых в Бразилии называют гаримпейрос.

Индейцам такое соседство не по душе: старатели везут с собой спиртное, болезни, наркотики и проституцию. Неудивительно, что в заповеднике нередко происходят столкновения. В 1993 году золотоискатели убили 16 индейцев, включая женщин и детей.

Расплата наступила спустя 10 лет. В апреле 2004 года в лесу были найдены 29 изуродованных трупов гаримпейрос. Расследование установило, что резню учинили индейцы племени синта ларга, которые еще пол­века назад жили в полной изоляции от внешнего мира. Ста­рателей они забили до смерти дубинками, после чего рассекли на части; некоторые тела обез­главили.

Полиция установила имена 28 участников резни, однако юридические тонкости и особый статус индейцев не позволили передать дело в суд. Более того, вскоре синта ларга получили от правительства грант на $810 тыс. и обязались не трогать гаримпейрос, которыми должна была заняться полиция. Но столкновения не прекратились. Совсем недавно индейцы убили двух незаконно вторгшихся на их землю гаримпейрос и ранили третьего.

Индия. Священная бокситовая гора

В Индии в центре конфликта оказалась британская горнодобывающая компания Vedanta, принадлежащая индийскому миллиардеру Анилу Агарвалу. Через полгода она собирается начать добычу бокситов из священной горы Ньямгири в штате Орисса. Племя донгрия конд, на землях которого будет идти разработка, уверено, что компания разрушит их привычный образ жизни, религию и культуру. Карьер, соглашаются экологи, уничтожит огромные массивы девственных лесов, загрязнит источники воды и превратит этот район в пустыню. Пострадает более 60 деревень, в которых живут десятки тысяч человек.

Вероятность того, что правительство Индии аннулирует лицензию Vedanta, невелика. Компания уже потратила $1 млрд на строительство в Ориссе глиноземного завода. Пока сырье на него приходится возить из других месторождений.

Донгрия конд пока прибегают к мирным протестам, но никто не знает, что случится в марте, если добыча бокситов все же начнется.

Нигерия. Нефть с кровью

Нефть из дельты реки Нигер приносит Нигерии 90% экспортного дохода. Но зарубежные компании, которые разрабатывают месторождения, работают на 30–50% потенциальной мощности. Правительство Нигерии и нефтяники винят в этом местных жителей, недовольных тем, как делятся доходы от нефти — несмотря на неф­тяные богатства, большинство из 140 миллионов нигерийцев живет менее чем на два доллара в день.

Вооруженную борьбу с властями ведет Движение за освобождение дельты Нигера (МЕND), которое требует национализации нефтяных богатств страны. Под этим лозунгом повстанцы проводят диверсии на промыслах и воруют нефть, которую затем продают на черном рынке. Но главной тактикой и одновременно главной статьей дохода MEND остаются похищения иностранных специалистов, чтобы потом получить за них выкуп.

В мае этого года MEND объявило нефтяникам тотальную войну. Власти ответили усилением военных операций: обстрелы с вертолетов деревень, контролируемых боевиками, заставили десятки тысяч мирных жителей покинуть свои дома.

За последние полвека в землю и реки в дельте Нигера попало не меньше 9 млн баррелей нефти. Нефтяники утверждают, что 85% загрязнений вызваны диверсиями партизан.

Нельзя сказать, что правительство Нигерии действует в конфликте с МЕND только кнутом. В июне президент Умару Яр-Адуа объявил об открытии 15 лагерей для сдачи оружия боевиками движения. Всем им была обещана амнистия и $135 в придачу. Тогда же на свободу был выпущен лидер МЕND Генри Ока, после чего группировка заявила о 60−дневном перемирии.

Но окончательно складывать оружие 10 тысяч повстанцев не собираются. Они осознают свою силу: активность MEND зачастую влияет даже на мировые цены на нефть. Ведь из-за атак боевиков только за последние три года нефтяной экспорт Нигерии упал с 2,6 до 1,7 миллиона баррелей в день.

Индонезия. 40 лет войны

Обильнее всего полита кровью коренных народов принадлежащая Индонезии западная часть острова Новая Гвинея. Индонезийские войска, защищая рудники и нефтепромыслы западных компаний от племен папуасов, требующих их закрытия, перебили за три десятилетия несколько тысяч человек.

Хуже всего обстоят дела на гигантском руднике Грасберг. Американская компания Freeport-McMoRan получила исключительные права на разработку крупнейшего на планете золотого месторождения и третьего по запасам месторождения меди в 1967 году.

Результаты бесконтрольной деятельности американцев видны даже из космоса. За 40 лет Freeport сбросила 1 млрд тонн отработанной горной породы в озеро Ванаган и реки, стекающие с горы Пунчак-Джаи, превратив их в мертвые водоемы. В карательных опера­циях, цель которых — согнать папуасов с их земель, кроме 600 вооруженных охранников компании участвуют и индонезийские военные. Freeport-McMoRan — крупнейший налогоплательщик в Индонезии. И пользуется большой благосклонностью Джакарты, которая во всех конфликтах всегда занимает ее сторону. Американцы оплачивают пребывание поблизости от рудника военного гарнизона.

Стрелковому оружию и пулеметам с вертолетами местные племена могут противопоставить лишь луки, копья и ножи. Пользуясь партизанской тактикой, они тоже наносят урон противнику, хотя потери сторон, конечно, несоизмеримы.

Новая Зеландия. Маори — победители

Эта страна подала пример цивилизованного решения конфликта с коренными народами. Правительство готовится отменить принятый в 2004 году закон, по которому прибрежные территории и воды отошли в государственную собст­венность. После многочисленных мирных акций протеста народа маори, которые утверждают, что закон ущемляет их права, гарантированные законом от 1840 года, власти признали ошибку.

Маори, составляющие 14% населения Новой Зеландии, ссылаются на договор Вайтанги, заключенный британскими властями с вождями племен. Маори становились подданными Ее Величества, а британская корона взамен гарантировала им права на землю, леса и воды с рыбой.

Этот документ уже становился причиной войны. Договор был составлен на английском языке и за ночь переведен на язык маори. Тексты отличаются друг от друга и допускают различное толкование. И в результате «земельных войн» (1845–1872) белые поселенцы отняли у маори в общей сложности 16 тыс. кв. км.

Последние три десятилетия новозеландское правительство возвращало захваченные в XIX веке земли или компенсировало их стоимость законным владельцам — всего на 900 млн новозеландских долларов.

Фото: Enrique Castro-Mendivil, Oswaldo Rivas/Reuters; Guy Tillim/Agence VU/Fotolink; PATRICIA SANTOS, PIUS UTOMI EKPEI/AFP/EAST NEWS; Crack Palinggi/REUTERS; Jocelyn Carlin/PANOS/AGENCY.PHOTOGRAPHER.RU