Онлайн-журнал «Русский репортер»

7 вопросов Евгению Романенко, надзирателю и буддисту

Юлия Гутова

Сотрудник СИЗО № 1 Нижнего Новгорода Евгений Романенко вступил в публичное противостояние с собственным начальством и вышел из него победителем. Его, непьющего вегетарианца и буддиста, заставили уволиться с работы, обвинив в том, что он - "колдун и сектант". Под давлением Евгений написал рапорт "по собственному желанию", а потом дал интервью нескольким СМИ. Результат - в управлении исполнения наказаний заявили: Романенко не уволен. Начальство ждет сотрудника на работу, хотя на особое радушие ему рассчитывать не приходится

Евгений Романенко

Фото: Михаил Безносов для "РР"

1. Как вы отважились на открытый конфликт с таким решительным руководством?

Конфликт для кармы не полезен, но зато я при всех дал им пощечину, показал, как можно бороться: через гласность и СМИ. Будь я просветленный буддист, я не стал бы шуметь. Но победило эго. На днях в прокуратуре я с удовольствием дал показания. Казалось бы, зачем топтать лежащего врага… Только они в свое время не пожалели меня, ветерана чеченской войны, отца-одиночку. Два года я служил в Ачхой-Мартане, а сюда перевелся в 2008−м, когда жена погибла в ДТП. Теперь воспитываю подростка-сына.

2. Некоторые считают, что вы задумали повторить подвиг майора Дымовского.

Я о нем узнал уже после конфликта. Но мы разные. Он против всей милицейской системы, а я нет. Возможно, в МВД правда все так плохо. Но система исполнения наказаний работает четко. Здесь только люди попадаются ужасные, и я выступаю против конкретных персон.

3. Личная обида на руководство?

Да все нормально, никаких обид. Ну да, начальство попалось гордое, даже не поговорило со мной нормально. Увидели изображение мандзи, буддистский символ совершенства, и сразу заорали: «Сектант!» Но это не обида, а скорее сожаление. Утяжеляют они свою карму. Ладно, не в этой, так в другой жизни отработают.

4. Как ваши взгляды влияют на работу? Вы пытаетесь помочь заключенным?

Конкретный сиделец Вася Пупкин — насильник и убийца, и мне его совсем не жаль. Мне жалко его бессмертную душу, которая только после смерти поймет, что натворила. В какой-то мере я участвую в причинении страданий этим людям. Но я много думал и осознал: тюрьма дает им шанс. Прозрение нахлобучит, как в простонародье говорят, и заключенный поймет: раз я здесь — значит, что-то делаю не так…

5. Служба в армии, работа в СИЗО подталкивают к религии?

Философией буддизма я увлекся два года назад, когда перевелся на службу в СИЗО. Просто время для размышлений появилось. Недавно, в октябре, я получил прибежище от настоящего ламы Ду Ге Римпоче, который в Москву приезжал. Мне нравится отношение буддистов к страданиям. Даже смерть они принимают радостно, потому что человек продолжает идти по кольцу сансары, а может быть, даже уходит в нирвану.

6. Ваши взгляды раздражают коллег?

Свои убеждения я никогда не афишировал. Просто приходил по утрам сияя улыбкой, опять же не пью. У нас это считается странным, в коллегах пробудилось любопытство. Пришлось кое-что объяснить, и слушали меня доброжелательно, с интересом. В  увольнении важную роль сыграло то, что меня застали за чтением мантр. Была глубокая ночь, умирал один из заключенных, и я попробовал применить одну из буддистских практик. Не молился, нет! Буддизм даже религией не назвать, это — философия, психология. Он учит строить отношения с собой и с миром вокруг.

7. Что-то у вас явно не получилось, раз дело дошло до увольнения…

Пространство всегда дает понять, где наше место. СИЗО мою персону явно отторгает. Будь я просветленный, ушел бы с работы. Но как-никак всего четыре года осталось до пенсии. Юридически и морально я прав, управление исполнения наказаний на моей стороне, но наше СИЗО теперь будет лихорадить… Поэтому скоро я куда-нибудь переведусь.