--

Игорь Сахновский из Орска

поделиться:
26 июля 2012, №29 (258)
размер текста: aaa

Писатель, литературный редактор. Автор романов «Человек, который знал все» (экранизирован в 2009 году), «Заговор ангелов» и др. Лауреат нескольких литературных премий.

Любимая точка общепита
«Милано» на проспекте Мира: смешанное итало-японское меню и почти буддистский пофигизм персонала.

Любимый магазин
Книжный «Буква».

Любимое место прогулок
Безлюдные дворы на улице Медногорской, окрестности драмтеатра, закулисная сторона проспекта Ленина.

Любимая достопримечательность
Знаменитые старогородские пирожки с ливером.

Мне нравится, что Орск (после одной неудачной попытки в 1735 году назвать его Оренбургом) ни разу не был переименован. В отличие от области, которая успела побыть Чкаловской, и даже от реки, лишенной своего имени Яик по приказу Екатерины Второй.

Урал делит город на две части — европейскую и азиатскую. Сам факт, что река является границей между частями света, сильно интриговал меня лет до шести, и, оказавшись летом на пляже, я первым делом с тревогой вглядывался в противоположный ­берег: «Как у них там? Все-таки Азия…»

В азиатской части расположен Старый город, который славится как минимум двумя вещами. Во-первых, там, в бывшей Орской крепости, отбывал ссылку, а проще говоря, вынужденно служил в армии поэт Тарас Шевченко. Известно, как сильно он там тужил и томился, беспрерывно терзал свои модные усы и лирически вздыхал на родном украинском языке: «Нихто нэ заплаче… Нихто нэ заплаче!..» О том, что в старом Орске бывали, например, Жуковский, Гумбольдт и цесаревич Александр (будущий император), мало кто из орчан знает, но про Шевченко почему-то помнят все.

Второе (если не главное) обстоятельство, прославившее Старый город, — это ни с чем не сравнимые старогородские жареные пирожки с требухой. По выходным горожане ­выстраивались за ними в километровую очередь, а в рабочие дни перед обедом засылали гонцов от всей бригады или цеха к заветной дымящейся тележке неподалеку от моста. Причем тамошний, левобережный, аромат был таким дальнобойным, что заставлял обитателей правого берега сглатывать слюну либо немедленно пересекать реку на трамвае по мосту и становиться в хвост никогда не убывающей очереди. Эти сумасшедшие пирожки жарят и продают до сих пор; они уже пережили четырех генсеков, перестройку, два путча, суверенную демократию, вставание с колен, и вертикаль власти они тоже, скорее всего, переживут. Сейчас в разных концах Орска встречаются пиратские пирожковые тележки с подделками классического бренда, но знающие люди умеют отличать.

«Где сходилось небо с холмами» — это про Орск. Вид на холмы, то есть на Уральские горы, усмиренные и сглаженные геологической древностью, открывается сразу позади Центрального парка культуры и отдыха. Автор упомянутой книги Владимир Маканин стал первым орчанином, чьи тексты, во многом надиктованные Орском, опубликовал легендарный «Галлимар» (Gallimard, крупнейший французский независимый издательский дом. — «РР»). Так уж вышло, что вторым стал я, после чего догадливый парижский редактор резонно предположил, что литературная орская мафия наращивает свое влияние на беззащитную Францию.

При населении 240 тысяч человек в городе пять железнодорожных вокзалов. Там пахнет угольной гарью, хлоркой и нездешними сквозняками. Иногда кажется, что весь город грустит какой-то специальной привокзальной грустью.

Один мой екатеринбургский приятель съездил в Орск, вернулся в полном восторге и долго допытывался у меня: почему там ­такие красивые люди? Особенно женщины… Я предположил: может, потому что коренными жителями Орска были казаки, то есть люди свободные? В отличие от того же Екатеринбурга, где преобладали приписные крестьяне, в сущности, рабы-крепостные, «приписанные» к заводам.

Более того, я считаю, что слово «орчане» ошибочное. Правильнее говорить «орцы» (с ударением на первый слог). Вношу на рассмотрение.

К большой политике орцы относятся со здоровым скепсисом и в целом довольно весело. Однажды мне довелось послушать телевизионные новости из Москвы в присутствии обычной орской семьи: отец, мать и сын. ­После фразы о том, что вся страна прямо сейчас поднимается с колен, они смеялись так, что Петросян мог бы умереть от зависти. Эти ребята и не думают подниматься с колен. ­Потому что никогда на них не стояли.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение