Пенис, интеллект и богатство

У нас все-таки длиннее, чем у американцев

И ученых, и простых граждан всегда интересовали размеры мужских половых органов. Только обыватель подходит к этому вопросу эгоистично: «У меня длиннее, чем у других?», а наука рассматривает данную проблему глобально — в масштабе стран и народов. Ученые пытаются понять, с чем связано неравенство в размерах пениса в разных частях света.

Григорий Тарасевич поделиться:
28 февраля 2013, №08 (286)
размер текста: aaa

Медицинская статистика способна залезть даже в самые интимные зоны человеческого бытия. Составители World Penis Average Size Studies Database ухитрились собрать данные о длине мужского полового органа почти во всех странах мира. Понятно, что речь идет об усредненных показателях, ведь в одной и той же популяции могут быть как карлики, так и гиганты.

Лидерство в этом рейтинге принадлежит Демократической Республике Конго. Там средняя длина мужского достоинства составляет почти 18 сантиметров. На другом конце списка Южная Корея — тамошние мужчины недотягивают даже до 10 сантиметров. Разница почти в два раза. Россия в этом списке н­аходится чуть ниже середины — 13,21 сантиметра. Немного обидно, но у жителей США еще меньше — 12,90 сантиметра.

На карте усредненных пенисов видны явные региональные особенности. У африканцев, живущих южнее Сахары, они самые длинные и толстые. У латиноамериканцев чуть поменьше, но тоже вполне убедительные. Европейцы в этом отношении неодинаковы, но до  крайних значений ни в одной стране не доходит. Самые маленькие органы у жителей Восточной Азии: корейцев, японцев, вьетнамцев, камбоджийцев и др.

Измерять чужие члены, конечно, увлекательно. Но для ученых гораздо интереснее понять, с чем связаны такие вариации в размерах, на что она влияет и что влияет на нее. Недавно в журнале Personality and Individual Differences была опубликована статья Ричарда Линна из Университета Ольстера в Северной Ирландии. Он пытается вывести различия пенисов из законов эволюционной биологии, для чего обращается к теории r-K-отбора. Стратегия «r» подразумевает, что животное стремится иметь максимум потомства и при этом не тратит много ресурсов на выживание и безопасность. «К», наоборот, предполагает, что животное рожает не очень много детей, но зато вкладывается в их содержание. С этой точки зрения большой п­енис нужен приверженцам стратегии «r», а маленький — «К».

Вообще Ричард Линн знаменит своими работами по сравнению коэффициента интеллекта (IQ) у разных народов. По сути, его п­озиция отдает расизмом. Правда, из его расчетов вытекает, что самая интеллектуальная раса — это монголоиды (китайцы, японцы, корейцы). Уровень IQ европеоидов на 5–15 пунктов ниже. Негры, соответственно, еще менее интеллектуальны. Тут явно заметна обратная корреляция между размерами пениса и показателями IQ. Линн связывает эту закономерность с географией. Северным народам нужно было больше кооперироваться, им требовалось больше интеллекта для организации жизни. Маленький член компенсировался более развитым умом.

Есть и более изысканные теории. Например, Тату Уэстлинг из Центра экономических исследований Хельсинки попытался увязать длину пенисов с экономическим развитием. Его расчеты показали, что мужские параметры объясняют до 15–20% роста ВВП (почему так происходит, финский ученый сказать не решается). Зависимость такая: в странах с наиболее успешной экономикой размеры пениса средние. Если же очень большие или маленькие, то страна довольно бедная. Эта закономерность хорошо работает при сравнении европейских стран с африканскими и некоторыми азиатскими (Камбоджа, Вьетнам, Бангладеш, Индия и другие). Соответствует она и реалиям Латинской Америки: там ВВП умеренно ниже, чем в США и Европе, а пенисы умеренно длинней. Выбиваются из этого правила Гонконг, Япония, Сингапур и Южная Корея: там очень маленькие члены и очень высокий ВВП.

Увы, современная наука пока не в состоянии дать исчерпывающий ответ на вопрос о роли пенисов в геополитике, национальной психологии и экономике. Но исследования продолжаются.

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
G. D.A. 10 марта 2013
Письмо ученому соседу по поводу прочитанного.

Дорогой Соседушка,
тема, поднимаемая в статье, ссылку на которую Вы мне дали, довольно интересна, но я бы сказал, лишь в отдельных деталях, а не в целом. В целом причины обсуждаемой статистики, над которыми ломают головы экономисты и прочие гуманитарии, довольно просты. Попытки связать уровень экономического развития народа со статистической длиной пениса равноценны изучению влияния мочи на солнечные лучи из известного анекдота про британских ученых. Никакого прямого или обратного влияния тут быть не может. Попытки иных гуманитарных деятелей обратиться в данной ситуации к данным биологии похвальны, но похожи на поход слепого в картинную галерею. Концепция К- и r-отбора замечательна, но, увы, эта модная теория работает далеко не всегда. Не знаю, что было у Р. Линна в голове, когда он пытался объяснить «генитальную статистику» в рамках этой концепции, но автор прочитанной мной статьи явно пересказал идеи этого изыскателя безо всякого их понимания (надеюсь, я не обижу этим суждением ни одного из многоуважаемых авторов). В общем, от дальнейшего комментирования написанного в этой статье я откажусь и в двух словах напишу, в каком направлении нужно искать ответ на животрепещущий вопрос.
Еще со времен Дарвина биологам известно о существовании так называемого полового отбора, суть которого заключается в том, что представители одного пола выбирают для спаривания партнеров по каким-то определенным, привлекающим признакам. Так, например, возникло яркое, часто весьма вычурное оперение у самцов многих птиц, так у мужчин от обильного волосяного покрова сохранилась густая борода и усы, а у женщин молочные железы сделались весьма крупными, остающиеся такими и вне периода кормления грудью. По этим же причинам у человека в целом очень сильно увеличился пенис: известно, что у Homo sapiens он несравнимо больше, чем у других приматов, даже человекообразных обезьян. Просто-напросто в глубокой древности, когда еще активно продолжалась морфологическая эволюция человека, женщины (или лучше сказать самки) предпочитали мужчин (самцов) с более крупными пенисами, которые (самцы) оставляли большое потомство, а обладатели менее крупных совокупительных органов оставляли потомков гораздо меньше или не оставляли их вовсе. В этой схеме нужно учесть еще и социальность древнего человека, иерархию стай или племен, характерную для человекообразных: более сильный и агрессивный, т. е., можно сказать, более мужественный в неком примитивном смысле самец занимал более высокое место в иерархии. Вполне логично допустить, что величина пениса в те древнейшие времена могла восприниматься как один из признаков «мужественности» самца (интерес к этому предмету у мужчин сегодня – несомненно отголосок тех давних времен), который благодаря этому поднимался выше по «социальной лестнице», в итоге обладал большим числом самок и оставлял более многочисленное потомство. Например, в романе Нормана Мейлера «Вечера в древности», который я недавно прочел, есть сцена, в которой фараон Рамзес II при обширном стечении народа демонстрирует свой эрегированный пенис в качестве символа своего могущества (роман – это еще тот, конечно, источник сведений, но, насколько мне известно, его автор в описании обычаев древних египтян опирается на достоверные сведения).
Это касается человека в целом. Теперь перейдем к занимательной статистике: почему у одних народов больше, а у других меньше. Ответить на него нам поможет другой вопрос: когда, как и почему остановилась (на самом деле тут нужно уточнить: почти остановилась, но это к делу прямого касательства не имеет – этим почти можно пренебречь) морфо-физиологическая эволюция человека: перестал расти и совершенствоваться его мозг, меняться пропорции тела, модифицироваться органы и т. п. Очевидно, эта эволюция прекратилась, когда исчезло давление естественного отбора: когда люди научились защищаться от диких животных и иных врагов, перестали убивать слабых или дефективных детей, когда начали лечить раненых, начали выходить замуж или жениться на некрасивых, но влиятельных и т.п. – т. е. тогда, когда возникла довольно сложная культура. В нашем случае развитие культуры повлияло на эволюционное изменение размеров пениса путем появления ряда жестких запретов и табу в области поведения и сексуальной жизни. В частности, я имею в виду отказ от промискуитета и запрет на публичную демонстрацию наготы (причины этого, как считается, заключаются в том, чтобы сублимировать сексуальную энергию членов социума). Как только появился такой запрет, как только женщины потеряли возможность видеть обнаженных мужчин, в целом, прекратился и половой отбор по признаку длины пениса. Схема, конечно, упрощенная: в разных культурах и у разных народов были свои девиации этой схемы, но давайте пока примем ее такой, как я изложил.
Совершенно очевидно, что различные племена и народы, заселившие Ойкумену, развивались в культурном плане с различной скоростью. Причины этого, так скажем, экологические: если говорить очень грубо и приблизительно, в более неблагоприятных условиях, там где нужно было прилагать много усилий для выживания, социальное и культурное развитие убыстрялось, там же, где условия были почти как в Эдеме, никакого особого развития не происходило. Вот в сущности и весь ответ на поставленный вопрос: народы, культурное развитие которых началось раньше, в целом характеризуются меньшими размерами пениса, чем народы, отстающие (вернее сказать, отстававшие на неких древнейших этапах) или вовсе не развивающиеся (как некоторые африканские или новогвинейские племена. Все остальное – в деталях, так или иначе усложняющих схему, например, в возможном дрейфе генов, «вливании» генов чужой нации в тот или иной генофонд при массовых миграциях, в каких-то культурных особенностях сексуальной жизни народов и т. п.
Мне могут возразить, что, например, в Греции в античные времена при высокоразвитой культуре не было табу на мужскую наготу, а средние морфометрические показатели для этой страны – вполне промежуточные, 14,73 см. Однако, хоть табу на мужскую наготу в Элладе и не было, но демонстрация эрегированного пениса считалась крайне неприличной и не допускалась. Даже во время всевозможных состязаний атлетам следовало быть обнаженными, но с непременной деталью одежды, если ее можно так назвать, – кинодесмой (дословно, собачий поводок), шнурком, которым обвязывалась крайняя плоть, препятствовавшим случайному эрегированию пениса. Так что, древние гречанки не могли в полной мере оценить истинные размеры пенисов своих соотечественников. К тому же, скульптурные изображения мужчин тех времен имеют очень маленькие пенисы. Причина этого будет понятна, если мы вспомним, например, «Пир» Платона: в силу, так скажем, господствовавших среди мужчин в Древней Греции сексуальных предпочтений сложился юношеский, чуть ли не подростковый идеал мужской красоты, который, очевидно, не мог не повлиять и на предпочтения женщин. И ко всему к этому современные греки в генетическом плане далеко не полностью являются потомками своих античных предшественников. Далее можем вернуться к уже упомянутому эпизоду из романа Мейлера о нравах древних египтян. Этот эпизод, если он правдив, говорит о том, что в этом народе во времена Нового царства половой отбор по признаку длины пениса полностью еще не прекратился. Хотя мужчины в Древнем Египте и носили набедренные повязки и юбки, и сочетались браком с женщинами, допустимость публичного демонстрирования эрегированного пениса, по крайней мере, позволяла женщинам сравнивать известные параметры различных мужчин и предпочитать одних другим. Однако современные показатели египтян тоже не столь велики, хотя и больше, чем у греков. Дело тут, совершенно очевидно, в том, что нынешние египтяне в отличие от греков генетически не имеют уже никакого отношения к своим древним и великим предшественникам; они суть арабы, пришедшие на новую территорию. И тут уже нужно задаться вопросом, какова бала древнейшая история арабов или японцев или малайцев или предковых народов, от которых они произошли, когда и как развитие их культуры могло повлиять на торможение биологической эволюции этих народов. Только лишь на этом этапе к рассмотрению данного вопроса должны подключаться различные гуманитарии – историки, культурологи и т. п. вместо того, чтобы рассуждать, как анатомия влияет на экономику или пенис на интеллект.
Ваш ДГ
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение