--

Деньги из будущего

Семь направлений, в которых сейчас происходит революция

Кто бы мог подумать лет сорок назад, что самыми богатыми корпорациями мира станут производители персональных ЭВМ, компьютерных программ или каких-то неведомых смартфонов? Умение работать на далекое будущее может обернуться многомиллиардными состоя­­ния­­ми. Важно только понять, какие научные идеи сегодняшнего дня превратятся в массовый продукт дня завтрашнего.

×
Если вам понравится этот текст, то вы сможете поблагодарить автора нажав на эту кнопку.

6 июня 2013, №22 (300)
размер текста: aaa

Топ-7 передовых технологий составил по нашей просьбе член правления Российской венчурной компании (РВК) Евгений Кузнецов. РВК — государственная структура, которая вкладывает деньги в высокотехнологический сектор — грубо говоря, инвестирует в далекое будущее. Сейчас о­бщий объем сформированных ею фондов — более 26 млрд рублей.

Когда Евгений Кузнецов составил свой список, он предупредил:

— Это очень грубый набросок направлений, на которых сейчас совершается революция, и тех сфер, изменения в которых в ближайшие десять лет могут трансформировать н­ашу жизнь. Дать точный прогноз развития технологий на десять лет вперед вряд ли возможно — перемены происходят слишком б­ыстро и драматично. Я могу лишь сказать, какие технологические направления сейчас на подъеме и дадут мощный социальный и экономический эффект в ближайшие годы.


Digital-технологии: «Импланты и новые человеко-машинные интерфейсы перевернут представление о возможностях человека»

Сейчас цифровые технологии можно назвать наиболее интересным и перспективным направлением. Думаю, что высокие темпы развития здесь в ближайшие 10–20 лет сохранятся и периодически будут появляться конкретные сферы, где можно будет создавать глобальные компании и, соответственно, делать себе состояние. Сейчас на наших глазах происходит революционный переход с компьютеров на мобильные платформы. Идет роботизация все новых областей жизни. А значит, взрывной рост этой индустрии продолжится.

Лет через десять это приведет к самым глубоким изменениям во взаимодействии человека и технических объектов — начнет стираться грань между био- и техносферой. Это меняет не только нашу жизнь, но и представления о методах и инструментах эволюции.

Уже понятно, что импланты и новые человеко-машинные интерфейсы перевернут представление о возможностях человека и способах регулирования и саморегулирования нашей жизни. Это настоящая digital-революция, происходящая на стыке биологии, психологии, лингвистики, digital, IT, софтвера. Мы пока только на ее пороге и робко заглядываем вперед.


3D-принтеры: «Дизайнер предметов станет такой же массовой профессией, как сейчас программист или веб-дизайнер»

Мы живем в эпоху массового производства, когда снижение цены происходит за счет увеличения количества. Сейчас благодаря появлению 3D-принтеров и других инструментов качественное производство можно наладить где угодно. И это меняет всю идеологию: ц­ена перестает иметь принципиальное значение, когда ты не только получаешь вещь, которая идеально под тебя подогнана, но и фактически сам ее делаешь. Происходит полное перераспределение функций дизайна и производства, придумывание продукта и его изготовление.

Дизайнер предметов станет такой же массовой профессией, как сейчас программист или веб-дизайнер. Это вызовет формирование своих школ, компаний, отдельных звезд в этой сфере.

Сами 3D-принтеры, выпуск комплектующих к ним и картриджей станут отдельной индустрией. Меняется вся мировая экономика. К этому все постепенно готовятся. Возможно, на это потребуется больше десяти лет, но это неизбежно. Все промышленные производства должны знать, что 3D-manufactory выдавит их с рынка.


Интеллектуальные системы управления: «Осталось, чтобы этот айсберг перевернулся»

Появляются новые инструменты связи и управления техносферой и окружением ч­еловека. Это то, что мы называем «умный город», «умный дом», «умная сеть». Процессы эти сегодня находятся у своих истоков. Но здесь абсолютно точно будет прорыв: возможности уже накоплены, осталось, чтобы этот айсберг перевернулся. Потребуется огромное количество новых разработок для управления технологиями smart-систем.


Медицина: «Лечение болезней станет глубоко индивидуальным»

Я думаю, нас ждут драматические изменения в медицине вплоть до того, что меняться будут сами понятия: «врач», «медицинский работник», их функции и деятельность. Через десять лет почти вся медицина перейдет в область компьютерной диагностики, взаимодействие врача и систем искусственного интеллекта сформирует совершенно другую картину лечения: оно станет глубоко индивидуальным.

А главное — появятся разные способы предотвращения болезней. Нас ждет не медицина ремонта, а медицина предотвращения заболеваний. Понятные и прогнозируемые особенности развития организма превратят здоровье в предмет повседневного самоконструирования, куда более глубокого, чем это сегодня позволяют спорт, фитнес или диеты, и с куда более точным пониманием причин и последствий нашего образа жизни и деятельности. Это совершенно другая парадигма.

Изменения затронут не только медицину как индустрию, но и важнейшие социальные институты и экономические модели. К примеру, полностью перестроится пенсионная система, так как придется адаптироваться не только к резкому росту продолжительности жизни, но и к существенному увеличению периода творческой и профессиональной продуктивности — третьей, а может, и четвертой молодости.


Биотехнологии: «Создание многоклеточных организмов принципиально иной природы»

В связке с изменениями в науке о человеке идет более широкий прорыв в науках о жизни как таковой. В настоящий момент биотехнологические проекты не дают большой отдачи, но в ближайшие 5–8 лет появятся первые решения, которые перевернут многие индустрии. Это может быть биотопливо или биологические электрические батарейки, очистка воздуха, почвы и воды.

Но на пороге и более амбициозные возможности — создание не только микро­организмов с заданными свойствами, но и органов, многоклеточных организмов принципиальной иной, сконструированной природы.


Образование: «У одного профессора могут быть одновременно сотни тысяч студентов»

Образование как ключевая социальная инфраструктура, формирующая общество, будет драматически трансформироваться под задачи нового постиндустриального ландшафта. Первоначально это коснется системы высшего образования. Потом начнет меняться и традиционное школьное обучение, к которому мы привыкли.

Сейчас происходят существенные изменения, касающиеся методов обучения, в образовании идет революция, которая в свое в­ремя происходила в области искусства и культуры: оно становится глобальной индустрией и формирует глобальных звезд.

Сегодня любой студент в любой части мира может учиться по конкретному направлению у лучшего специалиста в этой области независимо от местонахождения. Ситуация, когда у одного профессора могут быть одновременно сотни тысяч студентов в один семестр, уже никого не удивляет. Это другое образование. Университет может превратиться в коллектив специалистов, которые помогают студентам получать знания у лучших мировых профессоров и со своей стороны дают им практическую нагрузку и навыки работы в конкретных профессиональных сферах, а не абстрактные знания.

Меняются взаимоотношения между образовательным и воспитательным компонентами образования, сетевое, открытое образование доказывает свою эффективность. Но необходимость выработки верных социальных навыков и практик, культурных, о­траслевых особенностей и т. п. становится все более очевидной. Переоценка значимости и результативности всего комплекса о­бразования и воспитания будет протекать не одно десятилетие, но полностью трансформирует эту сферу деятельности.


Энергетика: «Дом будет полностью автономен, как автомобиль»

Энергетика становится существенно более гибкой по отношению к конкретным приборам, людям и задачам. Сейчас, к примеру, наш дом воспринимается как что-то с­татичное, стабильное, включенное в электрическую сеть. Со временем он станет полностью автономен, как автомобиль, сможет получать энергию периодически и вырабатывать ее сам.

Будущее энергетики основано на гибких, мобильных источниках питания, проводных или беспроводных, обеспечивающих быструю подпитку приборов, которых вокруг нас все больше и больше.

На макроуровне встречные тренды энергоэффективности и появления высокотехнологических способов добычи энергоресурсов существенно меняют структуру этой отрасли. Цены на энергоносители могут постоянно расти, а их доля в стоимости конечной продукции или качества жизни постоянно снижаться.


Евгений Кузнецов, член правления ОАО «РВК»


О чем будут писать виртуальные газеты в 2023 году

«46% российских граждан выходят в интернет с помощью интерфейса мозг — компьютер, остальные используют традиционные средства: сенсорные экраны, голосовой набор и т. д. Лишь 8% пользуются кнопочной клавиатурой, популярной в начале века. Таковы данные опроса, проведенного Левада-Центром среди 1300 респондентов. Что касается содержания просматриваемых сайтов, то большинство опрошенных признались, что…»

 

«Более 10 млрд рублей готово вложить Российское космическое агентство в строительство лифта до МКС, заявил на пресс-конференции глава этого ведомства. В международном проекте ”Космический

лифт“ участвуют многие страны, в том числе Россия, США, Китай, Бразилия и Индия. Согласно проекту уже через пять лет с помощью этого лифта можно будет доставлять на орбиту грузы, а через десять — космонавтов. О своей готовности первым подняться в космос с помощью такого лифта заявил…»


«В Государственную думу внесен законопроект, увеличивающий пенсионный возраст до 75 лет для мужчин и до 80 лет для женщин. Авторы законопроекта ссылаются на то, что благодаря достижениям медицины активность и здоровье граждан удается сохранять значительно дольше.

Представители оппозиционных фракций ­намерены возражать против принятия нового закона, ссылаясь на то, что это приведет к росту массовой безработицы, особенно среди молодежи…»


«Группа дизайнеров выступила с открытым письмом, призывающим власти ужесточить ответственность за пиратское использование 3D-моделей. По их оценкам, до 40% предметов домашней мебели и 60% посуды печатается без соответствующих лицензий и с нарушением авторских прав. Суммарные потери дизайнерских и инженерных компаний составляют…»


«Бактерию-убийцу разработали в Объединенном московском университете. Искусственно созданный микроорганизм выборочно уничтожает основные виды раковых клеток, не затрагивая при этом здоровые ткани. Пока эта бактерия протестирована на клеточном тренажере. Внедрение в клиническую практику ожидается в…»


«Вчера состоялась учредительная конференция российского общественного движения NaturalFree. Его сторонники принципиально отказываются от сексуальных связей с живыми партнерами, предпочитая им эротические симуляторы различных видов. Как было заявлено на конференции, права граждан, сожительствующих только с искусственными партнерами, ущемляются. В частности, законодательство запрещает…»


У нашего будущего есть 1000 сценариев

Международный научно-образовательный Форсайт-центр Высшей школы экономики презентовал прогноз научно-технологического развития России до 2030 года. В исследовании, заказанном Министерством образования и науки, приняли участие более 2000 российских экспертов — ученые из разных областей и представители бизнеса, а также несколько сотен зарубежных специалистов. Корреспондент «РР» поговорил с одним из руководителей проекта — Александром Чулоком, заведующим отделом научно-технологического прогнозирования Форсайт-центра ВШЭ, чтобы узнать, каких же открытий чудных ждать в ближайшие 15–20 лет

Как отличить правильные прогнозы от неправильных?

В первую очередь это наличие серьезной доказательной базы, включающей и глобальные тренды, и данные опросов различных групп экспертов, и математические расчеты. Важно не только перечислить технологии, но и объяснить, какие продукты могут быть созданы на их основе, какие их потребительские свойства позволят выйти на перспективные рынки или создать новые и что для этого нужно сделать, то есть, по сути, надо построить «дорожную карту». Этим во многом и отличаются исследования, направленные на формирование б­удущего, от, скажем, чистых футурологических изысканий.

Получается, ваши прогнозы более консервативны…

Да. Мы смотрим на возможности, о которых рассуждают футурологи, но всегда под рациональным углом. Н­апример, они говорят о бессмертии, о том, что скоро можно будет заменить любой орган, приводят в пример биопринтеры и печать челюсти для 83-летней старушки в Европе, но не берут в расчет то, что это стоило с учетом всех расходов под миллион евро.

Рынок появится только тогда, когда к внедрению этих продуктов, сделанных при помощи новых технологий, будет готов потребитель, когда снизится цена производства и будет создана соответствующая инфраструктура.

Вот, например, если г­оворить не то что о бессмертии, а просто о технологиях увеличения продолжительности жизни человека, то это будет принципиально иной мир: поменяются интересы людей, приоритеты, ценности, о­бщество будет абсолютно другим, не говоря уже о нагрузке на государство — о пенсионной системе и прочем. А таких разработок, исследовательских направлений, которые могут изменить все, эксперты выделили около тысячи. И нельзя точно предсказать, что именно станет новой реальностью. Но мы и не стремимся предсказывать, это неправильная позиция, мы стремимся конструировать будущее.

Для того чтобы сделать прогноз, вы учитываете уже существующие разработки, которые можно пощупать, которые есть на уровне прототипов, или даже гипотезы и идеи?

И то и другое. Понимаете, вероятность того, что идея станет реальностью, очень сильно зависит от направления. Вот, например, взять информационно-коммуникационные технологии — там жизненные циклы очень к­оротенькие, три — пять лет. Вы могли бы себе представить десять лет назад, что у вас будет вот такой смартфон? Вряд ли, а тридцать лет назад, приди вы на интервью вот с таким диктофоном, размером чуть больше спичечного коробка, я бы понять не мог, что это такое. А, например, в энергетике, если вы спросите про варианты развития на ближайшие 15–20 лет, вам скажут: «Ну, к­акие варианты, у нас циклы инвестиционные по 30 лет, и уже все запланировано».

Так все-таки каких великих достижений ждать нам через 10–20 лет?

Мы сейчас готовим а­налитический доклад по результатам долгосрочного прогноза. Вот, например, серьезнейший вызов, который стоит как перед миром, так и перед Россией, — рост сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний. И во всем мире есть ответ на эту беду: эти болезни нужно не лечить, а предупреждать. Значит, дело за новыми способами диагностики. Сюда относятся расшифровка генетического кода, к­оторая, по экспертным оценкам, появится массово в 2015–2017 годах, «умные лекарства» с точечным, направленным действием, которые могут войти в обиход уже к 2020 году. И это колоссальные рынки. Например, по существующим оценкам, рынок противораковых вакцин уже составляет более триллиона долларов.

Если говорить про диагностику, то высокочувствительные сенсоры физических и физиологических параметров человека могут стать массовым продуктом уже в 2016–2017 годах. А интерфейс «мозг — компьютер» — где-то за пределами 2025 года. Надо понимать, что про него говорят уже очень давно, но тут мы имеем в виду реальное сращивание компьютерной программы и человеческого мозга.

Не менее перспективный рынок — биозамещаемые материалы, которые, к примеру, ­повторяют архитектонику костной ткани, их применение может стать обычным делом уже в 2020 году. Безусловно, один из важнейших вкладов в создание новой экономики внесут нанотехнологии, это уже осознали многие игроки рынка. Вопрос здесь не только в сроках, но и в сопутствующих условиях — библиотеках данных, инфраструктуре, наконец, в готовности бизнеса воспринять новые технологии.

Например, наноструктурированные материалы и реагенты для чистой воды уже существуют, а широкое использование фуллеренов, графена, углеродных н­анотрубок, например, в электронике, начнется, по самым оптимистичным экспертным оценкам, не раньше 2018 года. Не говоря уже о развитии технологий молекулярной самосборки, которые, если войдут в обиход к 20-м годам, поменяют всю производственную парадигму коренным образом.

Много возможностей может создать конвергенция био и нано, причем в ближайшие пять — семь лет. Это и наноматериалы для медицинской диагностики, и биосовместимые наноструктурированные материалы медицинского назначения, и многое другое. Если говорить о создании новых бизнесов, то надо понимать, что можно вложиться во что-то сверхпрорывное — и тут «либо пан, либо пропал», а можно попробовать «подключиться» к массовым рынкам и спокойно осваивать свою долю. Можно всю жизнь потратить на холодный ядерный синтез, а можно преуспеть в создании искусственных организмов или листьев растений и найти свою нишу.

Широчайшие по объемам рынки, на уровне триллионов долларов, — и это отмечает большинство исследований, например недав­ний доклад McKinsey по прорывным инновациям, — будут созданы за счет информационно-коммуникационных технологий. Это и активное распространение мобильного интернета, и появление «интернета вещей», и решение сложных аналитических задач с помощью технологий искусственного интеллекта, и многое другое. Большинство этих окон возможностей открыто уже сейчас, однако нужна «критическая масса», чтобы количество перешло в качество. Например, массовое развитие «умных предприятий», по экспертным оценкам, возможно не раньше 2015–2017 года, «умных сетей» и «умных домов» — в районе 2020–2022-го. Ну а в космос на лифте мы, вероятно, сможем подниматься не раньше 2035 года.

Какое место занимает наша страна в разработке тех технологий, которые повлияют на будущее?

Сказать, что мы впереди планеты всей, нельзя. Но у нас лидирующие позиции по некоторым направлениям в сфере нано, частично мы очень успешны в биотехнологиях и в медицине. По рациональному природопользованию есть очень хорошие продвижения, например по технологиям переработки отходов.

К сожалению, с развитием транспорта ситуация намного хуже, пока сложно говорить о том, что мы в ближайшем будущем сможем достичь мирового уровня, например в такой быстро развивающейся сфере, как интеллектуальные транспортные системы.

В области информационно-коммуникационных технологий ситуация двоякая. Тут нужно различать hard и soft. На рынках программных приложений российские специалисты и компании еще могут как-то конкурировать, а вот в микроэлектронике революцию мы уже пропустили.

Сейчас эксперты заявляют, что мы можем прохлопать и 3D-принтеры. Пока мы говорим о том, как наладить производство, на Западе выпускают более совершенные модели, актуальны уже другие темы. Не за горами 3D-магазины, когда все, что вам нужно, — журнальный столик для гостиной или мышку для компьютера — можно будет в буквальном смысле напечатать по эскизу «не отходя от кассы». Для некоторых стран Европы и США это уже практически реальность, так что и нам надо определиться: будем мы пытаться вскочить в уходящий поезд, подождем следующего или проложим свой путь.


Алена Лесняк

×
Понравилась публикация? Вы можете поблагодарить автора.

Авторизуйтесь для оставления комментариев


OpedID
Авторизация РР
E-mail
Пароль
помнить меня
напомнить пароль
Если нет — зарегистрируйтесь
Мы считаем, что общение реальных людей эффективней и интересней мнения анонимных пользователей. Поэтому оставлять комментарии к статьям могут посетители, представившиеся нам и нашим читателям.


Зарегистрироваться
Материалы по теме
Кемечеджиев Виктор 10 июня 2013
Распределенная криптовалюта сегодня уже не воспринимается с wow-эффектом. Это уже обыденность, хоть до нас и не докатилось. Мне понравилась статья, все толково и по делу. Каких-то 50 лет назад за такое могли и психом объявить, подумать только ))
Google airatru@gmail.com 10 июня 2013
Все гениальное просто, и доступно уже сейчас. Но ваши варианты тоже интересны. Открывая статью с названием "Деньги из будущего" был уверен, что речь идет о биткойне.
Новости, тренды








все репортажи
reporter@expert.ru, (495) 609-66-74

© 2006—2013 «Русский Репортёр»

Дизайн: Игорь Зеленов (ZOLOTOgroup), Надежда Кузина, Михаил Селезнёв

Программирование: Алексей Горбачев ("Эксперт РА"), верстка: Алла Парфирьева

Пользовательское соглашение