Земля в сейфе
Начнем с того, что в Песковатском сельском поселении Городищенского района Волгоградской области населения около 1200 человек. В начале этого века более четырехсот из них оказались действующими лицами истории о земле. В истории, зачастую, не бывает абсолютно правых и абсолютно виноватых. Да цель и не в поиске крайних. Как дается людям истина? – вот в чем.
Розовые и голубые
Люди считают, что дальше катиться уже некуда. О начале конца Песковатки мне поведали местные активисты, точнее, активистки. На рубеже веков здесь была работа, надежды на будущее. Было ТОО «Песковатка», где люди стабильно получали зарплату. В 2002 году уже ООО «Песковатка» было решено присоединить к Карповской агрофирме (как здесь говорят, «к Карповке»). «Практически сразу вывезли имущество, порезали скот» — эмоционально рассказывали мне. Приходили инвесторы,
Жителям в этом процессе законно достались земельные паи. Вот вокруг них и развернулись боевые действия. 1166 б/га – именно столько причиталось каждому пайщику. Б/га, то есть
Так или иначе, в последствии появились доверенности на сотни человек, то есть на паи сотен человек, но здесь так и говорят: «доверенность на 234 человека». До боли отражает суть. Это сейчас хуторяне понимают ясно: нет земли — нет человека. Чем ему
Только песня не совсем о том
Прошли несколько лет, и теперь вот с новой силой всколыхнулась песковатская земля. Песковатка, можно сказать, схватилась за голову: последнее, что было у людей – пастбища — забирают. Была объявлена всеобщая тревога. Сход назначили на 22 июля. В зале Дома культуры к 11 часам собрались около 50 человек. А это для хутора не мало.
Суть в том, что несколько пайщиков объявили о правах на б/га. Помните: чем дешевле земля, тем больше ее получается у владельца. Так вот они захотели земли на пастбищах. Выделенные на пастбищных землях участки получились очень дешевые и, соответственно, огромные. По несколько десятков га оттяпать может один пайщик от хуторских пастбищ.
Так уже и вышло. Одна из пайщиц продала землю 4−м гражданам. А те, в свою очередь, решили выделить участки на нетронутых землях. Администрация поселения воспротивилась — еще бы, на кону огромные площади хуторских пастбищ. Состоялась встреча в суде. Глава Геннадий Сергеевич Мумбаев зачитал собравшимся решение по одному из четверых претендентов.
Что было, что будет и успокоится ли сердце?
Народ слушал, почти не перебивая. Изредка мужчины выходили покурить, пытаясь погасить эмоции. Оказывается, все тонкости продавцом и покупателями соблюдены. И документ о праве собственности предоставлен в оригинале, хотя по всем признакам документы должны были быть вместе с остальными в сейфе (хоть землей люди воспользоваться не могут, налоги платят, поэтому все уверены, что она продолжает быть оформлена на них, а их цветные бумаги в сейфе). Таким образом, надежда, что будет предоставлен не оригинал, развеялась. Второе, на что надеялись, на несоблюдение продавцом законного права первоочередного выкупа областной администрацией. Ан нет, как положено, сначала продавцом было предложено выкупить землю областной администрации, а та, в свою очередь, отказалась.
— Я куда только не писал письма по поводу пастбищ, — вещал Геннадий Сергеевич, — но, как мне ответили, администрация не имеет права вмешиваться в распределение долей. Мы нашли распоряжение №22А, подписанное Геннадием Павловичем Колесниченко, главой района на тот момент, где я, еще от имени сельсовета, просил богары 700 га — как жизненно важные земли — не распределять в доли и закрепить за сельским советом.
— И что? – зашелестело по залу.
— Суд не учел это обстоятельство, потому что в соответствии с федеральным законом эти земли также подлежат распределению, как и любые другие. И признал за покупателем доли бывшей пайщицы право собственности на участок 50 га.
— Решение может быть обжаловано, – продолжила рассказ юрист районной администрации. — Мы подали надзорную жалобу в областной суд, ждем назначения на судебный процесс.
Тут народ просто взорвался, и в течение 8−10 минут зал ревел на все голоса. В конце концов, негодование сформировалось в один вопрос.
— Почему, когда распределялась земля, пастбища нельзя было трогать, а сейчас стало можно?
— Я же объясняю, когда земля распределялась, мы специально просили районную администрацию оставить их в целости. А суд опирается не на распоряжения районной администрации, а на федеральный закон.
— Получается, и любой из нас может получить пастбища!
— Шевелиться маленько надо – слышите!
— Надо всем ехать к адвокатам и отвоевывать свое. Надо объединяться, пока еще и все пастбища не отобрали!
— Наша задача, – заключил Сергей Геннадьевич, — принять меры, чтобы вдоль канала не отдать пастбища. Сейчас там выделяются
— А что мы можем сделать без документов на руках?
— Нужно забирать документы из сейфа, но как?
— Как? Писать письма с уведомлением!
— Мы с адвокатами уже писали письма с уведомлением, — повернувшись к присутствующим, говорит Любовь Федоровна Войтко.
Стоит сделать маленькое отступление, пока идет перепалка, и назвать трех женщин: Валентина Николаевна Маркелова, Нина Ивановна Котова и Любовь Федоровна Войтко, которые отважились, а именно такое слово здесь и уместно, начать решительные действия за возвращение документов на свои паи. Они нашли адвокатов, которые взялись за это дело, и с тех пор обросли кипой документов и знаний.
— Те, кто держит наши документы, на письмо не ответили. Мы ездили в управление внутренних дел к генералу. Рассказали, что незаконно удерживают наши документы на землю. Обещали разобраться. Потом пришел официальный ответ: «В ходе проверки нарушения действующего законодательства не установлено, так как право собственности земельными долями не утеряно». Мы, пишут, так же и являемся собственниками паев. А они просто, так как у нас нет средств труда, чтобы паи обрабатывать, нам помогают.
Зал искренне смеялся. Потом мне показали поле, на котором уже выросли деревья. И еще одно поле, которое каждый год обрабатывается, культивируется, но где ничего не сажают.
Путь в хутор лежит через поселок Степной. Судя по объявлениям, там развит придонский бизнес. Магазин «Рыболов», объявления: «Черви» и даже «Черви красивые и рыбные». В Песковатке же – нет такого. Спросила из любопытства: «У вас не развит подобный бизнес, червей, например, отдыхающим продавать?» «Какие черви, у нас
Кто прав и кто виноват? – объективно на этот вопрос мне не ответить. Да и суть, как уже было сказано, не в том. Пришло, наконец, к людям понимание ценности земли. Не в смысле тысяч рублей, а ее вековой, жизненно важной ценности. Даст Бог, хватит сил у них отвоевать свои пастбища и поля. Повернуться к матушке земле, поклониться ей с сохой в руках. А пока ожидается назначение даты процесса в областном суде и местные коровы могут жевать спокойно.
