Онлайн-журнал «Русский репортер»

Наше партийное строительство

Наталья Бакланова, Марина Нехорошева

1. Молодая Гвардия «Единой России»

— Кто-то же вступает, чтобы что-то «отхватить». Но ничего не получается. Сначала нужно поработать на страну, а потом она тебе что-то даст.

Мне хотелось расспросить, что же «даст мне страна». Молодой парень Саша, встретивший меня в офисе «Молодой Гвардии», не вдавался в подробности, что может дать вступление в движение.

В офисе на первом этаже здания «единороссов» я сижу и заполняю анкету. Молодогвардеец» Александр собирался уходить. Мой приход не огорчил его, но особо и не обрадовал.

— Для начала, заполните анкету…— отвечал он четко, по делу, вежливо. Пока я заполняла, узнала, что скоро заседание «Молодой Гвардии». На нем я должна буду рассказать, кто я такая, зачем вступаю. Такие заседания, где выступают новички, проходят каждый месяц.

— А сколько обычно желающих?

— Каждый месяц человек шесть добавляется, на заседании процентов 80 принимают в движение, – Саша говорит, и одновременно наводит порядок в офисе.

Из того, что рассказал Александр, было понятно: организация «Молодая Гвардия» — собрание людей, которые что-то делают в помощь правящей партии. Движение обещает клубы по интересам, тренинги. Чтоб пройти заседание, Саша посоветовал почитать устав на сайте движения.

Сижу, заполняю анкету. Из головы не выходит слово «отхватить».

— А что можно «отхватить»? – решилась я спросить.

— Слово «отхватить» здесь не очень уместно… — неожиданно ответил Александр.

— Вы же сами так сказали!

— Да, но просто таким людям не место у нас, — вывернулся он 

Я цеплялась за тему дальше. Вспоминаю, что на деньги движений иногда возят ребят из ближних городов.

— Из Екатеринбурга – точно не повезут. Так что подумайте, зачем вам это.

Саша расстроен. Видимо, много желающих вступает явно для своей корыстной выгоды.

На заседание движения я опоздала на полчаса. Когда я зашла в офис, сотрудницы объяснили мне, что уже все закончилось, и меня уже приняли в движение, без моего участия.

— Скоро День народного единства, приходите на митинг!

2. Молодежное «Яблоко»

Молодые яблочники разместились в маленькой комнате со сводами, обклеенными плакатами с символикой партии, стикерами, и фотографиями. Меня доброжелательно встретили две женщины. Одна из них, Майя, рассказала о турпоходах организации, дискуссионных клубах и прочих делах. Атмосфера свободная, люди простые. Я взяла анкету, и согласилась поучаствовать в митинге по случаю Дня памяти жертвам политических репрессий.

Если кто-то записывается в молодежное движение, чтобы с компанией провести время, то это точно не про молодых яблочников. На акции было человек 15 мало знакомых друг другу людей.

Мы пьем чай, говорим о том, как ужасно и не в пользу «Яблока» прошли недавно выборы в Мосгордуму. Это наверно единственная тема, которая здесь всех объединяет. Народ следит за политическими хитросплетениями.

— А ты собираешься вступать в партию? – спрашивает меня одна из яблочниц.

Ей же нужно посмотреть, потом решит, — отвечает за меня отвечает Майя.

За тем, чтобы все ходили на мероприятия, здесь особо не следят. За всё молодежное «Яблоко» в ответе три человеке, Майя в том числе. Остальные ходят сюда по мере своих возможностей и желания.

Рядом за чаем, сидит студентка Татьяна и читает газету. Сюда попала она несколько месяцев назад. Ходит на политические дискуссии, вообще политика её увлекает, да и учится на политического журналиста.

Пока стояла на Лубянке под дождем в ожидании своей очереди почтить память жертвам репрессий, спросила студентку-политолога из нашей компании, зачем ей всё это. «Это скорее гражданская позиция, — ответила она. – И родители всегда голосовали за демократов».

Да, веселее стоять под дождем с гражданской позиции, чем без неё.

3. «Наши»

Поход к «Нашим» запомнился тем, что никаких анкет заполнять не надо было. Просто секретарь предложила мне позвонить по телефону руководителю одного из направлений. И позвала на праздник Дня народного единства.

Я выхожу в коридор, увешанный плакатами «Наших», газетными вырезками, на которых сияют счастливые молодые лица. Вот они — в карнавальном шествии, вот – помогают детям, митингуют, кушают, танцуют! Их много.

4 ноября я с подругой-«нашисткой» пошла на праздник «Все свои». Наташа начала свой путь в движении, когда ей предложили из Тамбова поехать в Москву «на халяву». Тогда был большой праздник Дня России. Потом, познакомившись, влилась в компанию, чтобы участвовать в столичных массовых «тусовках», помогать пенсионерам, детям из детдомов, и общаться.

Яркие плащи, парики, флаги, раскраска на теле. Толпы народа. Кто тут из политического движения, а кто нет, молодежь сама не знает. Флаг наших пользуется популярностью, две девушки позируют на фоне белого полотна с красными линиями.

— Вы из движения?

— Нет, – после долгого молчания.

— А это же флаг движения?

— Не знаем, это кажется вообще флаг «Спартака».

Другие, стоящие с флагом, признаются, что пришли от движения, но что значит праздник, что это за движение они не знают. Новички. Среди этой огромной толпы, бегающей, поющей гимн, среди джамперов в космических костюмах, и громко орущих колонок, у меня создалось впечатления неразделимости этой массы. И правда праздник ведь называется «Все свои». Движение «Наши» растворилось в обществе молодых студентов. И те, кто с флагом, просто активнее. Вовремя подсуетились, чтоб интересней и с пользой время проводить.

4. «Единая Россия»

На Кутузовском проспекте упираюсь в строгое здание. Внутри широкая лестница из мрамора ведет на второй этаж, за гардеробом коридоры разбиваются вправо-влево. Вокруг мужчины и женщины в строгих костюмах стучат каблуками по паркету. Охранник посылает в кабинет прямо по коридору. Там женщина говорит недовольно: «Девушка, вы пришли не по адресу! Кто вас вообще ко мне направил?»

Из ее слов понимаю, что обращаться нужно совсем в другое здание. После долгих выспрашиваний получаю номер телефона Дорогомиловского отделения «ЕР». Звонить из кабинета неприветливой особы не рискую.

Вахтер в форме не отказывает. Набираю добытые цифры с дежурного телефона. На том конце провода: «Да, адрес верный, вот только специалист уже домой ушел».

Кладу трубку, заскучавший охранник тут же спрашивает: «А зачем вам в партию вступать? Трудиться здесь хотите? Много вас таких. Вот только толку мало! Так на работу в „ЕР“ не устроиться».

На следующий день являюсь к единороссам пораньше, на этот раз штурмую третий этаж. За дверью с домофоном говорят, что сотрудника по работе с такими, как я, снова нет на месте. Меня приглашают в просторный кабинет. Приветливая девушка дает заполнить анкету и говорит, что мне позвонят (ответа жду второй месяц).

В «Единую Россию» не вступить так просто. Надо полгода побыть в сторонниках «ЕР», стоять на митингах в жару и холод, раздавать листовки. Если будешь пай-девочкой, получишь рекомендацию, пройдешь собеседование. А членский взнос — дело добровольное.

5. «Справедливая Россия»

В здании штаба расположено несколько офисов разных компаний. Выхожу на четвертом этаже. Тучная женщина стоит у двери справа, вместо стука раздается «динь-дон». Дверь открывается. Кажется, переступаю порог картинной галереи. В большой прямоугольной комнате светло. Повсюду портреты и пейзажи. Люди здороваются друг с другом, после скрываются за большой дверью. Следую за ними. Навстречу идет девушка с огромной стопкой белых бумаг. «Как вступить в вашу партию?» — сходу спрашиваю я.

 «У нас достаточно просто заявление написать и анкету заполнить. Вы в Москве живете?», — спрашивает милая сотрудница «СР». В следующие пять минут она рассказывает о правилах «справедливых» и улыбается. Итак, надо сильно постараться, чтобы оказаться «в ауте». Сюда берут почти всех и сразу.

6. КПРФ

В штабе КПРФ мне устраивают целый допрос. Пожилая женщина в очках долго пытает меня о том, почему я за коммунистов. В ответ гну свою линию, объясняю, что хочу быть россиянкой с партбилетом, участвовать в политической жизни страны. Женщина мне верит, говоря, что им нужны только патриоты, интернационалы и трудяги.

«С колес» коммунистом не стать. Они требуют две рекомендации от членов КПРФ, имеющих партийный стаж не менее одного года. Заработать бумажки можно месяцев за шесть. Опять же, предстоит бегать по их указаниям. Выполнять поручения нужно старательно, а то с первого раза не возьмут.

7. «Яблоко»

В офисе «яблочников» на Пятницкой немноголюдно. Вахтер в стеклянной «будке» указывает на дверь слева. За ней интеллигентная женщина заполняет бумаги за компьютерным столом. Услышав, что я хочу стать членом их объединения, просит меня присесть. Дама по телефону приглашает в кабинет коллегу. Через пару минут дверь открывает девушка с короткой стрижкой, вручает мне заявление и анкету. Сразу стать яблочницей не получается — нужна фотография и паспорт. Не беда, в другой раз приду. Говорю: «Спасибо, до свидания». Сотрудницы удивленно смотрят на девушку, желающую бескорыстно пополнить ряды социал-демократов.

8. ЛДПР

В гостях у ЛДПР удалось пробыть недолго. Встречают меня машины с символикой партии, припаркованные у входа. Мужчина в форме просит предъявить документ, удостоверяющий личность. Узнав о том, что паспорта у меня с собой нет, спрашивает: «А что вы хотели?» Объясняю цель визита, молодой человек оживляется: «Раз вы желаете стать нашей, смело поднимайтесь наверх».

Четыре лестничных пролета приводят в тесное помещение. В углу сидит парень, уткнувшись в экран компьютера. После моего вопроса рассказывает о нехитром процессе отбора членов ЛДПР: «Вы желаете, мы вас принимаем».

В штабе либерал-демократов действуют простые правила. Нужно скачать с сайта партии документы для оформления. Затем отправить по почте или принести лично в ближайшее отделение ЛДПР заполненное заявление, анкету, два фото 3х4 и паспорт. После получения партбилета у вас появится строгая обязанность — уплачивать членский взнос. Он составляет 120 целковых в год.